трава зеленеет, но мы скоро вернемся!

up down

эймонд

вокс

вайолет

ландо

энджи

брендан

макс

гвейн

post: max verstappen

они остановились у дверей кабинета зака брауна. табличка на стене выглядела так, словно ее придумал тот же безумец, что выбрал оранжевый для гоночного комбинезона. макс улавливал голос ландо: легкий, почти беззаботный, но второй слой все равно пробивался. норрис отвратительно умел скрывать свои настоящие эмоции. старательная игра в норму добавляла себе самоотдачи, с которой тонущий хватается за спасательный круг. макс не собирался быть этим кругом и не собирался участвовать в чужом одностороннем спектакле.

каст месяца:  marvel

    touch grass

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » touch grass » herbarium » QUIBBLER


    QUIBBLER

    Сообщений 1 страница 5 из 5

    1

    https://upforme.ru/uploads/001c/a5/83/2/964715.png

    0

    2

    КЭТИ ИЩЕТ ЗАНОЗУ

    Graham Montague' 23
    [Грэхэм Монтегю]
    https://upforme.ru/uploads/001c/cf/a0/27/433660.gif https://upforme.ru/uploads/001c/cf/a0/27/331800.gif
    fc dacre montgomery

    кем приходится: заноза под кожей
    пожелания к игроку: будь собой, но не пропадай - ты нужен не только мне, дыши глубже

    это чума, понимаешь? не та, что приходит извне, объявляя о себе колокольным звоном. не та, от которой можно укрыться за запертыми дверями, натянув одеяло до подбородка и надеясь переждать, пока мир за окном перестанет гореть, а та, что заводится под кожей, приживаясь в крови, медленно прорастая сквозь кости, отравляя всё, к чему прикасаешься, и оставляя тебя с идиотской уверенностью, будто ты по-прежнему способен отличить собственные желания от того, что в тебя вливают по капле, разъедая всё существо.

    грэхэм монтегю, чистокровный засранец, слизеринец, мальчик из возможно где-то для кого-то хорошей семьи, которому с самого рождения объяснили, что значит иметь право, занимать место, получать желаемое и не задаваться лишними вопросами, взрослеющий среди людей, для которых жестокость давно перестала быть чем-то предосудительным, превратившись в удобный способ разговаривать с миром— он же всегда хотел стать одним из таких? тех, кто никогда не просит подвинуться, потому что искренне не понимает, почему пространство вокруг него вообще занято. тех, кто улыбается, прежде чем сделать больно, и не испытывает особенного желания извиняться, если боль оказалась сильнее ожидаемой - он упивается с залитыми кровью глазами.

    грэм, мать его, монтегю - мы с тобой знакомы задолго до того, как кому-то из нас пришло в голову назвать это "знакомством".

    поле для квиддича, холодный воздух, свист трибун, мётлы, рассекающие пространство, и вечный спор, который почему-то никак не удаётся оставить в пределах игры. гриффиндор против слизерина, я, стиснув зубы, удерживающаяся в седле, ты, заходящий на вираж слишком резко, слишком близко, намеренно или нет — кто теперь разберёт, когда азарт давно смешался с желанием доказать, что последнее слово всё равно останется за тобой. ты играешь грубо, всегда. ты чёртов мясник, потрошитель чужих судеб и душ, тебе противопоказано общество, но почему-то оно тебя боготворит. холит, лелеет и носит на руках, а пубертатные девочки текут от одного твоего косого взгляда, скользящего по трибунам - каждая готова назвать ребёнка в твою честь. а ты просто любишь рвать струны чужих чувств - ведь они сами лезут к тебе, и тянут эти ниточки, хилые марионетки.

    ты меня бесишь - твои слова.

    не красивым, удобным для чужого самолюбия способом, когда можно закатить глаза, бросить пару замечаний и отправиться дальше, оставив тебя за спиной, а по-настоящему, до скрежета зубов, до желания перехватить тебя за локоть, заставить остановиться и наконец выслушать, что я пытаюсь сказать, хотя ты сам ещё не разобрался, что именно собирался плюнуть в мою сторону. я слышу твои мысли, вижу твоё прошлое сквозь веер дрожащих ресниц, когда ты просто нависаешь надо мной в очередном пустующем кабинете и что-то шипишь мне на ухо - плевать. есть только сейчас.

    мы не друзья. мы не знакомые. мы не любовники. мы чёрти что, монтегю.

    это фатально.

    это неизбежно закончится.

    это обязательно продолжится, только когда?

    приходи, грэм. давай посмотрим, сколько ещё грязи мы способны смешать с собственной кровью, прежде чем наконец признаем, что давно перестали играть по правилам.

    [hideprofile]

    0

    3

    eleanor branstone' 21
    [элеанор брэнстоун]
    https://forumstatic.ru/files/001b/68/4a/33547.jpg
    fc cailee spaeny

    кем приходится: бывшая однокурсница, подруга, источник полулегального финансирования
    пожелания к игроку: писать посты, молча не пропадать предупреждаю - я буду плакать

    я думаю, что у тебя всё хорошо, потому что ты выглядишь так, будто в твоей жизни нет никаких проблем.

    ты думаешь, что у меня всё хорошо, потому что я улыбаюсь и говорю, что у меня всё отлично.

    мы обе друг друга обманываем.


    вашей фамилии нет в набившем оскомину справочнике двадцати восьми чистокровных семей и новостных заголовках, зато она есть в каждом списке приглашённых на благотворительный вечер в министерстве магии. и в закрытых документах о восстановлении хогвартса. а ещё - в учредительных документах компаний, которые занимались строительством инфраструктуры для чемпионата по квиддичу.

    семейный бизнес - звучит солидно.

    (особенно если мантия на тебе - из последней коллекции)

    в отличие от однокурсников элеаноре не приходится переживать об экзаменах: она уже знает, чем будет заниматься всю жизнь. на самом деле, у неё нет выбора. чтобы выбрать что-то другое, ей нужно было родиться в семье с другой фамилией, где никто с самого детства не будет давить и внушать, что она - будущее брэнстоунов. такой уж у них в семье порядок.

    это её наследие.

    семейная традиция.

    продолжение дела всей жизни.

    (чужой жизни)

    наверное поэтому шляпа распределила её на хаффлпафф?

    «брэнстоуны поколениями строят дома, которые стоят веками» - хихикает элеанор, когда выпьет, и говорит-говорит-говорит этот дурацкий слоган, пока он не превращается в мешанину слогов и букв, в которых не остаётся ни брэнстоунов, ни вековых домов, ни злости на родителей и себя. потом элеанор плачет на плече у мэйси, говорит что-то невнятное, что ей всего семнадцать, что она хочет чего-то, чего сама пока не может понять, что не хочет всю жизнь посвятить расчёту количества фейской пыльцы, которую нужно добавить в раствор, чтобы здание простояло века. мэйси молча гладит её по голове.

    потом они целуются, задыхаясь от жадности.

    и на следующий день, во время занятий по гербологии, сталкиваясь руками и сплетничая, - делают вид, что не произошло ничего такого, о чём стоило бы вспоминать. и во время подготовки занятий к рунам, в библиотеке, склонившись над одним учебником плечом к плечу, - тоже. и во время летних каникул, которые мэйси проводит в доме элеанор, они готовятся к экзаменам и изредка пользуются домашним камином, чтобы отправится в гости к кому-нибудь из общих друзей.

    про будущее они больше не говорят.

    (а потом они снова целуются в хогвартс-экспрессе)

    (и бег по кругу начинается заново)

    чтоб вы поняли че я хочу

    0

    4

    mr. shafiq' 47-52
    [мистер шафик]
    https://upforme.ru/uploads/001c/cf/a0/62/473437.gif https://upforme.ru/uploads/001c/cf/a0/62/411510.gif
    fc lee pace

    кем приходится: спонсор для тарелочницы почти деловые отношения
    пожелания к игроку: за деньги - да. желание сотворить персонажа круче, чем предлагается... не пропадать, держать руку на пульсе и на моей коленке, быть готовым к вбросам, плейлистами и мемам, остальное приложится.

    у шафика есть дурная привычка — не запоминать цены. не потому, что он настолько богат, чтобы не замечать расходов, а потому, что давно привык считать деньги инструментом, а не ограничением. сколько стоит ужин в закрытом ресторане, очередное украшение для женщины, которую он видел трижды за неделю, или небольшой благотворительный фонд где-нибудь на другом конце света — все это не имеет особенного значения. гораздо интереснее, чего можно добиться за потраченные деньги и сколько времени потребуется, чтобы человек перестал задаваться вопросом, почему именно ему решили помочь.

    семья шафика никогда не испытывала недостатка в средствах. восточное происхождение, старая фамилия, несколько поколений магов, успевших оставить след в международном сообществе, — неплохое наследство для мальчика, которому с детства объясняли, что некоторые двери открываются исключительно для тех, кто знает, в какую сторону постучать. он рос между несколькими культурами, успел сменить больше стран, чем некоторые волшебники видели за всю жизнь, и довольно рано понял, что национальные границы существуют преимущественно для тех, кому не хватает влияния их пересекать.

    британское представительство международной конфедерации магов стало очередной ступенью, а не вершиной его амбиций. за плечами шафика годы дипломатических миссий, переговоров и командировок, о которых он предпочитает не рассказывать даже за третьим бокалом. он знает цену международным соглашениям, помнит лица людей, которые сегодня занимают высокие посты, а завтра вынуждены искать убежище в чужих странах. и, что самое неприятное, прекрасно умеет пользоваться этой памятью.

    с луной лавгуд все вышло несколько интереснее.

    впервые он обратил внимание на «придиру» не из-за самой газеты. скорее, из-за того, с каким удовольствием ее обсуждали люди, привыкшие считать себя разумными. шафик вообще любит наблюдать за теми, кого общество заранее записало в чудаки: иногда среди них попадаются удивительно полезные собеседники. луна оказалась именно такой. она не пыталась понравиться, не интересовалась его должностью и, кажется, совершенно не понимала, почему остальные так старательно меняют выражение лица, когда он входит в комнату. это было освежающе. а потом — любопытно.

    он предложил помощь, оплатил несколько счетов, решил вопрос с типографией, затем с распространением. потом выяснилось, что редакции нужны деньги на следующий выпуск, а после — на зарплаты, аренду и долги, о которых она предпочла бы не рассказывать. к тому моменту он уже знал, сколько стоит существование ее маленькой газеты, и, кажется, единственным человеком, которого эта сумма действительно беспокоила, оставалась сама луна.

    он не стал ее спасителем. по крайней мере, не называл себя так.

    просто однажды его имя появилось в списке постоянных благотворителей, потом в закрытой переписке с типографией, потом в документах, которые луна подписывала, не слишком вчитываясь в мелкий шрифт. шафик не вмешивался в редакционную политику, не требовал менять заголовки и не диктовал, о чем писать. ему даже нравилось, что она продолжает печатать свои нелепые истории о невидимых существах и тайных заговорах. но он знал, сколько у нее осталось бумаги на складе, когда нужно платить сотрудникам и кому из поставщиков она задолжала. знал, когда у нее заканчиваются деньги, иногда раньше нее самой.

    с личными расходами получилось еще проще. сначала ужины, потом украшения, платья, поездки, подарки без повода и предложения, от которых трудно отказаться, если ты хотя бы немного любишь красивую жизнь. луна принимала их без особого смущения. иногда проводила с ним вечер, иногда уезжала вместе с ним на несколько дней, иногда оставалась до утра. шафик не требовал от нее расписания и не спрашивал, где она провела предыдущую ночь. ему нравилось думать, что между ними существует нечто более тонкое, чем обмен услугами. впрочем, он не был настолько наивен, чтобы не понимать, на чем держится значительная часть этой близости.

    самое удобное в деньгах — они позволяют не задавать неудобных вопросов.

    самое неприятное — однажды человек начинает считать их частью собственной жизни.

    шафик никогда не говорит, что без него она не справится. он слишком хорошо воспитан для таких фраз. он просто позволяет ей однажды столкнуться с тем, как выглядит жизнь без его участия. поставщик требует погасить задолженность, типография отказывается печатать новый тираж в кредит, очередной спонсор внезапно перестает отвечать на письма. ничего катастрофического — по отдельности. но вместе это превращается в ту самую неприятную арифметику, которую луна не любит, а он умеет решать одним звонком.

    он не запрещает ей уходить. он делает так, чтобы возвращаться было проще.

    он может простить ей почти все: дурное настроение, резкость, отсутствие благодарности, даже другого мужчину, если она не сочтет нужным рассказывать о нем слишком подробно. но вот неблагодарность к тому, что он для нее сделал, — совсем другое дело. шафик не любит, когда его помощь воспринимают как нечто само собой разумеющееся. особенно если речь идет о человеке, которому он дал возможность не думать о завтрашнем дне.

    он не хочет, чтобы луна принадлежала ему.

    он хочет, чтобы однажды она сама не смогла представить, как обходилась без него раньше.

    0

    5

    ava bulstrode' 23
    [ава булстроуд]
    https://upforme.ru/uploads/001c/cf/a0/31/626451.gif https://upforme.ru/uploads/001c/cf/a0/31/842891.gif
    fc nicole wallace

    кем приходится: напарница, хит-визард;
    пожелания к игроку: пишу посты от 6к, могу сразу принести пример, чтобы ты посмотрела и поняла, сыграемся ли мы. внешность менять не планирую, но если у тебя есть достойная замена — предлагай, обсудим. я открыт к вариантам, которые сохранят нужный образ и атмосферу. я лёгок на подъём: у меня почти всегда есть зарисовки, задумки и идеи для эпизодов. с чего начать, куда двигаться и какую неприятность устроить персонажам — найдём. при этом я с удовольствием подхвачу и твои предложения: люблю, когда история складывается из идей обоих игроков. ещё люблю общаться в тг: обмениваться сообщениями, видео и фотографиями, приносить песни или случайные находки, которые напоминают о персонажах. в общем, делиться вайбом и вместе ждать момента, когда до какой-нибудь сцены наконец дойдут руки.

    [indent] — итак: ты должна обольстить его. ты можешь быть милой и кокетливой?
    [indent] — кокетливо она может только в табло прописать.

    [indent] ава и дин не понравились друг другу с первой встречи. не то чтобы между ними сразу вспыхнула вражда — скорее, возникло то самое раздражение, которое начинается с вежливой улыбки и заканчивается желанием отправить собеседника в нокаут. желательно до того, как он снова откроет рот. дин не считал себя сексистом. он с уважением относился к женщинам, умел придержать дверь и никогда бы не позволил себе усомниться в чужом профессионализме только из-за пола. но работа хит-визарда — дело опасное, а ава — девушка. и его воспитанное джентльменское сердце почему-то решило, что этого достаточно, чтобы на каждом вызове следить за ней внимательнее, чем за вооружённым противником. аву такое положение дел не устраивало. она пришла сюда не для того, чтобы напарник заслонял её собой при первом подозрительном шорохе.

    [indent] — я умею защищаться, — сказала она однажды.
    [indent] — я заметил, — ответил дин и на следующем задании снова попытался отправить её за спину.

    [indent] после этого ава попросила его выйти на дуэль. дин, надо отдать ему должное, согласился без снисходительной улыбки. правда, через несколько минут уже стоял без палочки и пересматривал некоторые свои убеждения. ава оказалась быстрой, точной и достаточно сердитой, чтобы не оставить ему ни малейшего шанса. пожалуй, стоило бы сделать выводы сразу. но выводы дались дину сложнее, чем хотелось бы им обоим. по какой-то воле случая их снова и снова ставили вместе: на задания, на вызовы, в те неприятные места, где ошибка могла стоить слишком дорого. ава прикрывала его, он прикрывал аву, а после они спорили о том, почему он опять решил принять удар за неё. однажды она устала спорить и сказала прямо:

    [indent] —  или мы работаем в команде, или не работаем вовсе. или ты мне доверяешь, или нет.

    [indent] дину нашлось что ответить. что он доверяет. что просто хотел помочь. что не собирался ставить под сомнение её способности. но ава стояла перед ним и ждала не объяснений, а решения. поэтому он выслушал. потом извинился — не сразу и не слишком гладко, зато искренне. а на следующем вызове, когда ава сказала, что возьмёт противника слева, не стал с ней спорить. занял позицию справа и сделал свою часть работы. так у них и началась дружба: не с откровений по душам, а с привычки выполнять обещанное. дин научился доверять аве, даже когда ему было страшно за неё. ава перестала ждать, что он снова попытается отодвинуть её в сторону. и со временем им стало хватать одного взгляда, чтобы понять, кто прикрывает выход, а кто отвлекает внимание. безоговорочное доверие пришло не за один день. его пришлось заработать — на заданиях, в коротких разговорах после них, в тех случаях, когда один ошибался, а другой оставался рядом. теперь дин знает: если за спиной ава, можно сосредоточиться на том, что перед ним. ава знает то же самое.

    [indent] между ними есть химия — та самая, из-за которой окружающие иногда переглядываются и ждут продолжения. они легко перебивают друг друга, смеются над шутками, непонятными больше никому, и могут спорить с таким азартом, будто им за это доплачивают. только романтических взглядов между ними никогда не было. ни случайных поцелуев, ни мучительного «а вдруг». они могут быть кем угодно друг для друга — напарниками, лучшими друзьями, семьёй по собственному выбору, — но не любовниками. ава, пожалуй, одна из первых замечает, что дин интересуется ренасцентиумом. она видит, как он задерживается на нужной странице, как задаёт вроде бы случайные вопросы и слишком быстро сворачивает разговор, когда она уточняет, зачем ему это.

    [indent] — ты хочешь его купить, — говорит она однажды.

    [indent] дин собирается отрицать. ава ждёт. он вздыхает. она не требует немедленно выложить всё и не бежит делиться догадкой с остальными. сначала спрашивает, понимает ли он, во что ввязывается. потом садится рядом и предлагает разобраться. дин может рассказать не всё, но отмахнуться от неё уже не получится: ава слишком хорошо его знает. а если кому-то из них нужна помощь, они обычно обходятся без длинных просьб. вытащить друг друга из передряги? пожалуйста. ава уже проверяет, цела ли палочка, пока дин уверяет, что с ним всё в порядке. дин уже протягивает ей руку, хотя она ещё не успела попросить. отвадить ухажёра, которого мать авы, будучи чистокровной, считает превосходной партией? тоже пожалуйста. дин явится вовремя, будет вежлив, обаятелен и даже позволит потенциальному жениху закончить пару предложений. после чего найдёт способ увести аву — пусть лучше сердится на него, чем проводит ещё один вечер с человеком, которого ей навязали. а потом они вдвоём будут вспоминать, как долго тот рассказывал о достоинствах своей семьи, и пытаться понять, удалось ли ему за ужин хоть раз спросить аву о ней самой. они всё ещё спорят. ава всё ещё может назвать дина невыносимым, а он её — упрямой. но теперь за этим почти всегда следует улыбка, протянутая чашка кофе или вопрос: «ты как?» и оба знают, что на честный ответ у них найдётся время.

    0


    Вы здесь » touch grass » herbarium » QUIBBLER